Ключевые ценности человеческой жизни.
Ключевые ценности человеческой жизни философия и естественные науки не могут определить только на уровне чисто абстрактного теоретизирования, а тем более - на уровне «голого» эксперимента. Тем не менее первоначально данную проблему ученые-естественники пытались решать, не совмещая эти уровни. Однако, начиная с уникальных трудов Ч. Дарвина (1809-1882) и Л. Пастера (1822-1895), исследований ДНК Д. Уотсена (род. 1928) и Ф. Крика (род. 1916), на ценности человеческой жизни стали смотреть диалектично, а исследовать -комплексно. Новые учения радикально обновили мировоззрение деятелей науки, заставив представителей различных областей естествознания, особенно биологии, посмотреть на многие аспекты жизни совершенно другими глазами. А.И. Опарину (1894-1980) удалось объединить все наиболее ценное в научнорациональных гипотезах, опытах и экспериментах, связанных с проблемами жизни, и философски синтезировать методологию эволюционизма Дарвина с организмизмом Пастера.
Русский ученый впервые заявил о том, что когда Земля была еще безжизненной, на ней осуществлялись некие неорганические, абиотические синтезы углеродистых соединений, то есть имела место своеобразная «предбиологическая эволюция». Можно сказать, что это была «химическая эволюция», которая привела в итоге к усложнению абиогенных соединений, а затем и к формированию из них индивидуальных фазово-обособленных систем, с последующим превращением последних (на основании естественного отбора) в предшественников жизни - «пробионтов», а позже - в первичные живые вещества. Философское осмысление революционной идеи А.И. Опарина позволяет понять и оценить следующие явления:
а) возникновение жизни как одна из стадий эволюции Вселенной;
б) возникновение жизни как закономерный результат эволюции различных соединений углерода.
Эти выводы невозможно было сделать в отрыве от изучения всего предшествующего данному этапу развития материи. Для перехода от химической формы движения материи к биологической был необходим естественный отбор обособленных от среды и постоянно с ней взаимодействующих молекулярных систем.
В различных пунктах Вселенной, на разных этапах космического развития материи ее эволюция предстает не как единый непрерывный процесс, а скорее как целый пучок различных форм саморазвития. Отдельные виды и формы движения материи могут приводить к очень сложным и более совершенным, то есть абсолютно самодостаточным способам ее существования. Так, для перехода от химических процессов к биологическому движению необходимо было первоначальное образование, а затем и закономерный отбор, пробионтов. Но для того, чтобы смог «действовать» естественный отбор, микроструктуры, образующиеся в одних и тех же условиях, должны были заметно отличаться друг от друга как по своему составу, так и по свойствам. Никакая «целесообразность» строения живого организма не может возникнуть сразу, без определенной предбиологической эволюции надмолекулярных систем.
Философские и особенно научные прорывы в естествознании (биологии) - разработка эволюционного учения, опровержение догмы самозарождения жизни, введение принципа диссимметрии, опаринская гипотеза возникновения жизни на Земле, обнаружение двойной спирали ДНК и многие другие открытия - привели к глубоким мировоззренческим переворотам в общественном сознании. В наше время ученые-биологи, серьезно изучающие многие структурные компоненты живых систем (ДНК, РНК, АТФ, углеводы, липиды, витамины, гормоны), а также их многочисленные функции в организме, стремятся понять и философски объяснить самоценность этой сложной системы бытия материи. Уже установлено, например, что для всякого живого вещества характерна «триада жизни», а именно единство субстратного, энергетического и информационного потоков, составляющих целостную живую систему самоценного бытия, способную к обмену веществами, энергией и информацией с внешней средой. На базе философского осмысления этой триады формируется философская триада познания жизни: созерцание, анализ и синтез.
Все известные живые системы отличает высокий уровень структурной и функциональной упорядоченности, их особое положение в космическом пространстве, да и в космическом времени. Как уже было сказано, они обмениваются с окружающей средой энергией, веществами и информацией, то есть являются открытыми системами бытия. При этом, в отличие от неживой материи, живому веществу присуща способность к определенному упорядочению и свойственно стремление к созданию порядка из хаоса вселенской материи. В ходе эволюции живых организмов все более совершенствовались они сами и процессы их приспособления к внешним условиям, что способствовало развитию центральной нервной системы у свободно передвигающихся животных. Однако эволюция живого вещества, как и эволюция различных его видов, - всего лишь фрагмент космического процесса. Для осознания самоценности жизни недостаточно изучения только деталей и отдельных механизмов ее видообразования и видоизменения, как это еще имеет место в ряде современных эволюционных теорий.
Первым, кто смог научно и философски увязать воедино эволюцию земного живого вещества и эволюцию звездно-космической материи, был В.И. Вернадский. Он исходил из необходимости прежде всего оценить самодостаточность живых систем. Для этого надо было мысленно проследить естественную тенденцию самоусложнения организмов, их развития от примитивных форм до высших животных и, в конечном счете, до человека, обладающего разумом. Единственным критерием оценки данного процесса (движения материи) могла быть очевидная способность живых организмов к естественной регенерации их органов. Это самое впечатляющее проявление жизнестойкости органической материи. Данное свойство наиболее ярко выражено у низших существ, таких, как дождевые черви, полипы и т.д. Если червя, к примеру, разделить на несколько частей, то каждая из них регенерирует в живое целое. Известно, что и у некоторых животных сохранилась способность к восстановлению утраченных органов. Она имеется у амфибий и рептилий.
С усложнением видов животных (от рептилий до млекопитающих), структуры и функций их организмов регенеративная способность постепенно снижается до минимума. На ее место приходит уникально устроенный аппарат нервной системы. Так, у человека отсутствие способности к физической регенерации компенсируется силами разума, который может сам воссоздавать некие модели биофизиологического сохранения и восстановления разрушенных или поврежденных органов, то есть позитивно реагировать, посылая в соответствующую часть организма творческо-созидательный регулирующий импульс.
Многие годы естествоиспытатели под регуляцией понимали только одну возможность управления жизненными процессами в организме, связанную с нервной деятельностью. Теперь считается, что внугреннее содержание жизненного материала, вз
