ВОЗРОЖДЕНИЕ ГЕОПОЛИТИЧЕСКИХ И НЕОМАЛЬТУЗИАНСКИХ ДОКТРИН И НЕСОСТОЯТЕЛЬНОСТЬ ПОПЫТОК ИХ ИДЕЙНО-ПОЛИТИЧЕСКОЙ РЕАБИЛИТАЦИИ

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...

В качестве морального оправдания такой политики они ссылались на мальтузианский принцип «борьбы за существование», не проводя при этом никаких существенных различий между законами природы и законами развития человеческого общества. Насилие и грабеж чужих народов они рассматривали как проявление инстинкта самосохранения в процессе борьбы за существование, исходя при этом из предпосылки о том, что германскому народу в силу его особой, «ниспосланной свыше» миссии принадлежат в этом отношении особые права и прерогативы.

Точка зрения о том, что внешняя насильственная экспансия государств является закономерным и правомерным проявлением борьбы за существование, имела свое весьма откровенное выражение у Р. Челлена, который утверждал следующее: «Жизнеспособные государства, чье пространство ограничено, подчинены категорическому императиву расширить свою территорию путем колонизации, объединения или завоеваний различного рода… Здесь имеет место не стихийный инстинкт завоевания, а естественный и необходимый рост в целях самосохранения».

В приведенном рассуждении одного из родоначальников и апостолов геополитики бросается в глаза прежде всего полнейшее игнорирование социальных закономерностей и полнейшее пренебрежение элементарными нормами международного права и общечеловеческой морали. И это не случайный штрих, а главная особенность, сущность геополитического метода исследования и объяснения явлений общественной жизни. Ссылка на биологический инстинкт, на иррациональный характер взаимосвязи географических факторов с жизнью и политикой государств и народов является последним и самым веским аргументом приверженцев геополитической философии.

Об этом с полной откровенностью писал журнал «Геополитик» во времена господства фашистской диктатуры в Германии: «Мы смотрим на мир не с позиций логики, разума, а биологически, из тайны инстинкта. Для нас все, что происходит, является жизненным процессом, определено кровью, сформировано землей, в своей последней сущности непостижимо разумом».

Главарь германского фашизма Гитлер в книге «Майн кампф» открыто использовал формулы геополитики для обоснования политики международного разбоя в интересах обогащения германских капиталистов. В своих рассуждениях на эту тему он делал особый акцент на необходимость и неизбежность применения насилия в отношении народов других стран, утверждая при этом, что война представляет из себя естественный метод разрешения различных национальных проблем. «Земля, на которой мы живем,— писал он,— не была даром, ниспосланным небом нашим предкам. Они должны были завоевать ее, рискуя жизнью. Также и в будущем наш народ не получит территорию и вместе с ней средства к существованию, не получит ее в качестве подарка от другого народа. Он должен будет завоевать ее силой торжествующего меча».

«Моральное право» на захват и грабеж чужих территорий Гитлер в полном соответствии с геополитической доктриной выводил из «потребностей» германского народа. «Когда территория Германии,— вещал он далее,— охватит всех германцев, и если после этого они не сумеют получить достаточно средств к существованию, тогда Германия получит моральное право, исходя из потребностей народа, захватывать иностранные территории. Затем орала будут сменены на мечи, и слезы войны дадут тот хлеб насущный, который необходим будущим поколениям».

Нужно обладать поистине моралью бандита, чтобы с серьезным видом рассуждать о «моральном праве» захвата и грабежа чужих территорий. Свои циничные рассуждения Гитлер заканчивал следующим выводом: «Германия должна твердо знать, что такая цель может быть достигнута только путем войны, и перед лицом неизбежности этой войны нужно стоять всем вместе спокойно и с решимостью».

Приведенные высказывания автора книги, которую народы справедливо определили как «библию людоедов», характерны прежде всего в том отношении, что в них делается недвусмысленная попытка с помощью геополитических доктрин обосновать неизбежность ной и в жизни общества и в первую очередь для «германской расы». Реакционная сущность геополитики выступает в этих высказываниях во всей зловещей наготе, без какой-либо маскировки.

Воспевание войны и агрессии на основе геополитических доктрин, тесно связанных с расизмом и шовинизмом, несмотря на поучительные уроки истории, не является редкостью и для современной реакционной идеологии ФРГ. Правда, в неприкрытом тотальном смысле ее прокламируют лишь официальные неофашистские издания. Так, в «Политическом лексиконе» НДП война характеризуется «отцом всякой деятельности» и утверждается тезис «прогрессивности империалистических войн». В этом словаре все импульсы агрессии трактуются как «важный культурный фактор», а война объявляется «средством самоосуществления человека». Она демагогически соединяется с нравственными факторами: отвагой, дружбой, верностью, бескорыстием, товарищескими отношениями и т. п. Война описывается розовыми красками как великое приключение, средство воспитания мужества и «самопожертвования на благо нации», форум «выполнения национального долга». За всеми подобными рассуждениями стоит реакционное стремление скрыть империалистическую сущность войны, научный анализ которой давал еще В. И. Ленин. Он подчеркивал, что империалистическая война — это не основа общечеловеческой морали, а трагическая, человеконенавистническая дорога, по которой «сотни тысяч и миллионы наемных рабов капитала и задавленных крепостниками крестьян идут на бойню» ради интересов буржуазии и коронованых особ.

Различная «теоретическая» литература, претендующая на объективность и историзм, вновь и вновь возрождает геополитические идеи для «обоснования» агрессивных устремлений германского милитаризма. Так, фальсифицируя историю, К. Барцель в книге «Саботаж против Германии» утверждает, что с источеской точки зрения Версальский договор и особенно Потсдамские соглашения являются саботажем, вредительством против Германии, призванной в результате ее «геополитического положения» занимать «ведущее место в Европе». Более того, он призывает соединить Европу и весь мир во главе с немцами и американцами У. Валенди на десятках страниц пытается обосновать право Германии возглавлять Европу на основе «центрального положения» немецкой нации. Он требует восстановить на основе «европеизма» «величие германского исторического прошлого». Другой вариант осуществления той же «идеи»— война.

Лидер крайней реакции ФРГ Ф.-Й. Штраус ведет непрерывную полемику против «очернения всего национального» во имя геополитических целей германского империализма. В 1969 г. он утверждал, что «осуществление желаемого европейского единства зависит не в последнюю очередь от возрождения национального самосознания немцев». «Национальное самосознание» у него тождественно реабилитации фашистского рейха с его изуверской политикой и восстановлению «Великой Германии». «Немецкий народ нельзя оклеветать, не искажая историю; нельзя односторонне оценивать немцев как нацию с деградирующими уголовными инстинктами, потенциально опасную для своих соседей и мира во всем мире»,— витийствовал Штраус. Чего стоят эти демагогические суждения, отчетливо видно из многочисленных произведений профессиональных писателей и философов современной западногерманской реакции. Сошлемся хотя бы на последние работы известного писателя неофашиста Э. Керна. Он соединяет геополитические идеи с антисемитизмом и направляет свое коричневое перо против той ничтожно малой доли населения ФРГ, которую составляют ныне там представители еврейской национальности. Керн объявляет евреев «врагами германского народа», разрушителями «чистоты германской расы» и требует их депортации

На основе различных спекулятивных приемов к группе «разрушителей нации» реакция причисляет коммунистов, антифашистов, демократов, прогрессивную интеллигенцию, сторонников мира, разрядки напряженности и разоружения, возводя политическую борьбу со всеми силами мира и прогресса в ранг «национальной задачи». Что же касается нацистского движения, «третьего рейха», его бесноватого фюрера, генералов вермахта,— то все это рассматривается как утверждение «национального», необходимое звено в исторической линии германской судьбы».

Пытаясь обосновать современный вариант западногерманской интерпретации геополитики, Штраус заявлял, что имеющие место «искажения немецкой истории и образа Германии» направлены на «упразднение западного сообщества», в котором ФРГ претендует на ведущую роль. Опираясь на мальтузианское «естественное право всякого живого существа на самоутверждение» в сочетании с расистской идеологией биологического «превосходства» и «доисторической ценности» немецкой нации, аккумулированной в соответствующем «национальном характере», современные теоретические выразители милитаризма ФРГ продолжают прокламировать величие и вневременной характер «Германского рейха», раздувая вытекающие из этого утверждения геополитические амбиции, усиленные их проецированием на современную действительность. Один из лидеров ХДС Р. Барцель заявил на заседании бундестага в феврале 1973 г.: «Рейх» в 1945 году не погиб. Напротив того, он продолжает существовать и нашел в лице ФРГ своего единственного правопреемника». В качестве «аргументов» существования «Германского рейха» сегодня приводятся рассуждения о якобы «еще не завершенном политическом становлении» Германии, о неверной, в историческом смысле, квалификации событий 1945 г. как «падения немецкой мощи», о необходимости правильного сопоставления «размера разрушений» (1945 г.) «с еще жизнеспособными элементами национальной традиции», о восприятии немецким сердцем тех «традиционных структур», которые имеют прочные корни в «своей собственной истории», о нетождественности метафизической сущности «германского государства» с временной категорией (разрушенной в 1945 г.)—«германской государственной организацией» (П. Микат, К. Хорнунг, Э. Форстхофф).

Все эти «аргументы» современной экспансии западногерманского империализма так или иначе связаны с геополитической и неомальтузианской философией, антинаучный, реакционный характер методологических основ которой вскрыли в своих трудах классики марксизма-ленинизма.

Методологическая несостоятельность геополитического и мальтузианского миропонимания заключена уже в самом принципе произвольного перенесения различных схем из области естествознания на область общественной жизни и обратно. В сущности говоря, в мальтузианстве и в геополитике главным исходным началом является учение о «борьбе за существование». Именно эта формула объединяет их в единое мировоззренческое направление империалистической буржуазии, служебная социальная функция которого состоит в оправдании всех пороков капиталистического строя и обосновании неизбежности войн как средства улучшения жизненных условий народов. Рассматривая все явления общественной жизни под углом зрения борьбы за существование, идеологи империализма игнорируют тем самым всякую специфику и качественное своеобразие социологических закономерностей, приходя в конечном итоге к их полному отрицанию. Самой же формуле «борьбы за существование» они придают универсальную значимость, распространяя ее на все сферы естественного и общественного бытия.

Формула «борьба за существование» потому обладает столь большой притягательной силой для идеологов буржуазии, что она по самому своему содержанию легализирует насилие во всех его проявлениях, позволяя одновременно «списать» все пороки капиталистического строя за счет «универсальной естественной закономерности». В действительности же сам факт приверженности идеологов буржуазии к формуле «борьбы за существование» и построение на ее основе различных мальтузианских и геополитических доктрин представляет из себя яркое свидетельство экономического и политического банкротства капиталистического строя и его господствующей идеологии. Только строй классового антагонизма, строй острой социальной и национальной вражды, строй враждебный по своей сущности подлинным идеалам гуманизма оказался способным породить мальтузианские бредни о борьбе за существование в человеческом обществе.

Энгельс называл теорию народонаселения Мальтуса «самым откровенным провозглашением войны буржуазии против пролетариата». Он с полным основанием подчеркивал, что «из теории Мальтуса мы черпаем самые сильные экономические аргументы в пользу социального преобразования…». Дело в том, что все те бедствия, которым подвергаются трудящиеся массы капиталистических стран — войны, кризисы, безработица и т. д.,— являются закономерным результатом самого капиталистического способа производства. Не избыток населения, не географическая среда пли, говоря обобщенно, не биологические и географические факторы, а факторы социальные, экономические и политические порождают и обусловливают войны, нищету и безработицу в условиях капитализма.

Маркс убедительно доказал, что именно капиталистический способ производства порождает все эти негативные явления, причем парадоксальность положения состоит в том, что они имеют место отнюдь не в результате недостатка производимых обществом материальных благ.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *