ВОЗРОЖДЕНИЕ ГЕОПОЛИТИЧЕСКИХ И НЕОМАЛЬТУЗИАНСКИХ ДОКТРИН И НЕСОСТОЯТЕЛЬНОСТЬ ПОПЫТОК ИХ ИДЕЙНО-ПОЛИТИЧЕСКОЙ РЕАБИЛИТАЦИИ

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...

4. Совершенно абсурдной и несостоятельной являйся идея «особой роли» и «особой миссии» Федеративной Республики Германии в современную эпоху также и с географической точки зрения. Только лишь люди, полностью утратившие всякое чувство реальности и ответственности, могут утверждать, что Западная Германия с ее высокой плотностью населения и концентрацией промышленности в век ядерного и ракетного оружия может представлять из себя какой-то географический барьер для Западной Европы в случае возникновения новой мировой войны. Таких «барьеров» и «бастионов» в современную эпоху не существует пи в Европе, ни в Америке, ни в какой-либо другой части света. Они могут существовать лишь в разгоряченном воображении некоторых безответственных политиканов.

И если все же в современную эпоху атомной энергии и завоевания космического пространства в ФРГ находятся люди, продолжающие рассматривать Западную Германию как барьер против коммунизма, основываясь при этом на аргументах геостратегического характера, то это лишь служит веским доказательством кризиса и безнадежного тупика исходной теоретической подоплеки данных аргументов — немецкой геополитики. Продолжая находиться в плену старых представлений и догм классической немецкой геополитики о примате географии над историей, о географической детерминированности всех явлений общественной жизни, включая область ведения войн и военной стратегии, современные идеологи западногерманского империализма оказались не в состоянии прямо и откровенно сказать немецкому народу, какая судьба его постигнет в случае ракетно-ядерной войны. В оценке стратегической значимости Западной Германии, вытекающей из особенностей ее географического местоположения в Европе, они стоят на позициях крайнего субъективизма, не позволяющего им трезво взглянуть в лицо фактам и понять ту простую истину, что Западная Германия не выдержит нескольких часов ракетно-ядерной войны и что единственная возможность сохранить немецкую нацию от полного истребления состоит в том, чтобы не допустить развязывания новой мировой войны. Подлинные выразители интересов трудового народа ФРГ немецкие коммунисты на своем партийном съезде еще в 1963 году со всей прямотой и ответственностью констатировали неизбежность трагических последствий ракетно-ядерной войны для всего народа Западной Германии: «Если империалисты развяжут атомную войну, то вся Федеративная Республика будет гореть и сгорит, как факел, уже в первые часы этой войны».

Начальный этап правления социал-демократов и свободных демократов, совпавший с периодом общей разрядки международной напряженности в современном мире, давал основания надеяться на то, что крайне реакционные милитаристские круги ФРГ встретят сдерживающие тенденции своего правительства, проводившего единственно разумную альтернативу равновесия сил в Европе. На этой основе правительство ФРГ внесло определенный вклад в разрядку напряженности между Западом и Востоком. Однако на рубеже 70—80-х годов наблюдается не просто отход от этих принципов. Как пишет «Унзере цайт», «они попираются ногами милитаризмом». Сегодняшний Бонн выступил «главным инициатором» за решение НАТО о размещении новых видов ракетно-ядерного оружия США в Западной Европе, в первую очередь в ФРГ. Тем самым была предпринята откровенная попытка блокирования разрядки в Европе, которая резко ухудшила атмосферу политического доверия между ФРГ и странами социалистической системы. Если учесть, что в Западной Германии уже размещено примерно 6 тыс. ядерных боеголовок, направленных против СССР и стран Варшавского Договора, то станет ясно, что территория ФРГ «по желанию ее руководителей» практически стала мишенью для обстрела при ответном ударе в случае военного конфликта, ибо Советский Союз сумеет обеспечить свою безопасность и безопасность своих союзников. Не следует забывать и тот факт, что в Западной Германии существуют силы, люди и даже целые организации, которые «так же, как и полвека назад, носятся с планами подчинить соседние страны, переразделить Европу и встать твердо на ноги в нефтедобывающих странах».

Наблюдается также совсем новый элемент в милитаристских устремлениях Бонна. Речь идет о решении направить целые соединения кораблей военно-морских сил ФРГ для постоянного крейсирования в Атлантике и Средиземном море. Нотам «не видели ни одного немецкого военного корабля с тех пор, как перестал существовать гитлеровский военный флот»,— пишет орган западногерманских коммунистов. Более того, но инициативе одного из лидеров ХДС А. Дреггера, обсуждается вопрос о расширении поля деятельности НАТО, а следовательно также и бундесвера, па акваторию Персидского залива. Факты говорят о том, что «влиятельные круги ФРГ, которые долго вынашивают мысли вновь оживить старую заморскую политику рейха, сегодня снова начинают шаг за шагом ее реализовывать».

Если к этому добавить линию на максимальное вооружение НАТО, постоянный рост военных расходов ФРГ, решение о строительстве и расширении аэродромов для военно-воздушных сил США, бойкот западногерманским правительством «0лимпиады-80», то станет совершенно очевидной активная милитаризация Западной Германии, что «создает угрожающее положение» для народов Европы и в первую очередь для населения самой ФРГ.

Все это говорит о том, что надежды на сдерживание наиболее реакционных милитаристских кругов ФРГ со стороны коалиционного правительства социал-демократов не оправдались. Прежний политический курс этого правительства, и не только во внешней политике, но и во внутренней, основательно подорван экстремистскими кругами ХДС/ХСС. В сложившейся ситуации на весну 1980 г. у руководства Германской компартии были все основания заявить, что различия между руководством ХДС/ХСС и СДПГ сейчас отступают на задний план. «Не только в отношении ракетного вооружения, но также и в отношении разрушения демократических сил в Бонне давно уже су-ществует тайная всепартийная коалиция» бундестага.

Проводя линию на максимальное наращивание военной мощи Североатлантического блока, монополистический капитал ФРГ и его идеологи не ограничиваются попытками выставить Федеративную Республику Германии в роли «спасителя» Европы от коммунизма путем ссылок на «особую божественную миссию» своей страны. Стремясь поставить на службу своим реваншистским по существу планам материальные и духовные ресурсы своих союзников по НАТО, «истинные хозяева» Федеративной Республики ставят перед национальными идеологами еще одну большую задачу. Существо ее заключается в том, чтобы с позиций геополитики, модернизированного космополитизма и антикоммунизма обосновать и реализовать экономическую, политическую и военную интеграцию, в системе которой монополистический капитал ФРГ рассчитывает занять, и не без оснований, господствующее положение. Одним из направлений теоретической подготовки такой интеграции является дискредитация принципа государственного суверенитета стран — участниц Европейского экономического сообщества. Идеологи ФРГ уже длительное время ведут концентрированное наступление на этот принцип, стремясь устранить политические и юридические препятствия на пути интеграции Западной Европы.

Представители самых различных звеньев идеологической машины ФРГ неутомимо твердят о тождестве интересов Западной Германии со всеми остальными европейскими странами, о конце эры национальных государств, о вредности, ненужности государственного суверенитета в современную эпоху, о необходимости проведения единой европейской политики, о наличии единой европейской традиции и морали и т. д.

В качестве одного из наиболее ярых глашатаев и проповедников идеи «европейской интеграции» выступает все тог же Ф.-И. Штраус. «Немецкая политика,— заявляет он,— есть и не может быть ничем иным больше, как функцией европейской политики».

Такие же взгляды по данным вопросам имел Карл

Ясперс, активно выступивший в последние годы жизни против фашизации своей страны. Ясперс высмеивал идею национального суверенитета, утверждая, что для большинства стран современного мира суверенитет Имеет лишь воображаемый характер. Он заявлял: «Суверенитетом в старом смысле владеют сегодня только Америка, Россия и Китай. Со всеми остальными государствами лишь обращаются как с суверенными. Они утверждают, будто имеют его. Во имя суверенитета они делают свои политические глупости». Исходя из концепции нереальности понятия «суверенитет», Ясперс усматривал возможность «спасения Европы» лишь на путях отказа от суверенитета. В этой связи он прямо заявлял: «Ограничение нашего суверенитета есть условие сохранения нашего существования. Оно одно защитит нас от России».

Крайне экстремистские круги западногерманской реакции, в основном из числа хранителей немецкой военной традиции, считают, что условием существования Западной Европы является не только отказ ее пародов от суверенитета и независимости, но и превращение ее в единый военный лагерь. Они трактуют отказ народов от суверенитета как основное требование и универсальную закономерность современной эпохи, условия которой, по их мнению, способны обеспечить национальную безопасность и существование народов только лишь в рамках крупных зональных военных объединений сообразно географическому местоположению государств.

Эту идею еще в пятидесятые годы выдвинул один из военных идеологов ФРГ, бывший гитлеровский генерал Хассо фон Мантейфель. «В этих новых условиях,— утверждал он,— предпосылкой для создания настоящей безопасности становятся уже крупные зональные военные союзы, в которых нации, находясь в тотальной боевой готовности, приспособленной к их географическим условиям, могут объединиться для совместной борьбы за свое существование». Относя это требование прежде всего к европейским странам, Мантейфель видит главную задачу правящих империалистических кругов Запада в том, чтобы «поднять сознание всех европейцев — как отдельных людей, так и целых наций — до общеевропейского сознания».

В наши дни идея «общеевропейского сознания», давно проповедуемая реакционными идеологами ФРГ как прикрытие их собственных экономических и военно-политических амбиций, все больше уступает место открытым гегемонистским притязаниям Западной Германии. Анализируя причины того, почему «сейчас милитаризм ФРГ выступает на передний план так однозначно, незавуалированно и даже императивно», западногерманские коммунисты вскрывают ряд условий этого характерного явления конца 70-х—начала 80-х годов.

Первое из этих условий — экономический гегемонизм ФРГ в Западной Европе, который уже стал «совершившимся фактом». Причины ускоренной реставрации монополистического капитала в послевоенной Западной Германии и его активное развитие подробно анализируются в различных советских исследованиях. Поэтому в данной работе этот аспект опускается. Укажем лишь, что в этом процессе немалую роль играли американские кредиты и концентрация капитала путем развития государственно-монополистических предприятий, толчком к которым явилась экономическая структура «третьего рейха».

Из первого условия, при наличии и социально-экономической значимости сил, стремящихся к экспансии, вытекает и второе — военный гегемонизм. Во всяком случае так всегда было в истории реакции. Министр обороны ФРГ Ганс Апель лаконично, но многозначительно заявляет, что бундесвер «хорошо вооружен и может выдержать сравнение с любой армией НАТО». В Бонне сейчас открыто говорят о том, что на Западную Германию приходится 30 проц. войск НАТО и 50 проц. всех сухопутных сил блока, расположенных в Центральной Европе. На территории ФРГ расположена большая часть американского ракетно-ядерного оружия, туда же пойдет львиная доля новых американских ракет стратегического назначения.

Немаловажным фактором, способствующим усилению военных гегемонистских тенденций ФРГ в Завидной Европе, является и то обстоятельство, что й пи лбе НАТО «решающее слово в отношении планирования ядерного вооружения в основном принадлежит западногерманским офицерам». О политической ориентации этих офицеров можно судить хотя бы на основании того, что 40 проц. всего офицерского состава бундесвера (в период 1965—1975 гг.) в прошлом являлись офицерами вермахта него генерального штаба. К тому же примерно 50 проц. высших офицеров бундесвера являются выходцами с территорий сегодняшней ГДР, ЧССР и ПНР.

Все перечисленные условия привели к тому, что Воин сегодня пытается «открыто перейти от роли борца за милитаристский курс США в Европе к самостоятельным акциям», его гегемонизм в военном отношении является «совершившимся фактом». Во всяком случае роль первой скрипки в дирижируемом США оркестре НАТО дает Западной Германии право действовать «прежде всего в своих интересах и отдавать партнерам но блоку команды, которые будут беспрекословно выполнены».

Ретроспективный анализ показывает, что милитаризация ФРГ принимает такие контуры, которые похожи на те, что «в недалеком прошлом привели Европу к трагедии века»,— и это заставляет не только

задуматься, но и активно действовать. Рассмотренные выше специфические задачи, которые реакционные империалистические круги ФРГ пытаются решать с помощью применения разнообразных идейных средств, в том числе и таких важнейших из них, как геополитика, неомальтузианство, национализм, реваншизм, и некоторых других обанкротившихся в прошлом теорий, по своему политическому содержанию являются весьма опасными для дела мира в Европе и во всем мире.

Речь идет в конечном счете о стремлении западногерманских империалистов вновь перекроить карту Европы в интересах обогащения крупных монополий.

Применяясь к современной исторической обстановки и соотношению сил, сложившихся в мире, они стремятся реализовать свои планы при прямой военной поддержке западных держав, объединенных в системе агрессивного Североатлантического блока. Для этой цели реакционные идеологи ФРГ прибегают к политическому камуфляжу своих реваншистских намерений, беззастенчиво спекулируя на зоологическом антикоммунизме и становясь в позу защитника и спасителя европейской и всей атлантической цивилизации.

Прямая опасность экспансионистских устремлений западногерманского империализма для дела мира обусловлена прежде всего тем, что они непосредственно ведут к насилию и войне. Совершенно ясно, что ни один народ в Европе не намерен добровольно поступаться своими законными национальными правами в угоду геополитическим амбициям реваншистских элементов ФРГ. Любые посягательства германских империалистов на суверенитет той или другой социалистической страны встретят, естественно, сокрушительный отпор всей системы социализма.

Чтобы обмануть народ своей страны и снискать поддержку других государств в этой конфронтации, монополистический капитал ФРГ использует те доктрины и теории, которые рассматривают и оправдывают войну как орудие национальной политики.

В идейном арсенале западногерманской реакции отсутствуют такие концепции и теории, которые могли бы повести немецкий народ по пути мира и сотрудничества с другими народами. Мир никогда не был идеалом германского империализма. Его стихией всегда была война, в которой немецкий народ своей кровью оплачивал дивиденды германских монополий. Но в современную эпоху сам характер ракетно-ядерной войны исключает возможность использования войны, как орудия национальной политики. И если тем не менее эта аксиома усвоена далеко не всеми лидерами, ответственными за политику ФРГ, то это лишь служит доказательством того, что в политическом сознании западногерманских заправил «большого бизнеса» еще не преодолены опасные иллюзии недавнего исторического прошлого Германии и что они не сделали всех необходимых выводов ни из уроков второй мировой войны, ни из всего опыта послевоенного развития.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *