Час второй

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...

4

И вот еще одна, последняя черта этого крушения.

Еще одно разочарование, еще одно несбывшееся ожидание, одна обманутая надежда! Социализм не освобождает людей и не может освободить их; и все обещания Маркса и его последователей — осуществить «прыжок из царства необходимости в царство свободы» — оказываются пустою фразою.

Когда социал-демократы ратуют за «освобождение пролетариата», то они обычно настаивают на том, что «свободу» не следует понимать формально: дело не только в том, чтобы предоставить пролетариям отвлеченные права, которыми они все равно не смогут пользоваться как следует; надо освободить их от трудовой зависимости, от положения подневольных наемников, от высасывания их жизненных соков (эксплуатация!), от деспотизма работодателей, от количества труда (рабочий день!), от его одуряющей механизации, от безработицы, от страха за будущее, от низкого уровня внешней и внутренней жизни… Словом, если суммировать эти «свободы», то окажется, что пролетария следует поставить в те условия жизни, в которых живут состоятельные непролетарии: «свобода» состоит в том, чтобы не быть объектом эксплуатации, работать мало, иметь высокий уровень жизни, спокойствие и досуг. А так как историю назад не вернешь, и надо считаться с совершившейся индустриализацией и пролетаризацией, то надежда возлагается на хитрую механику социализма.

Однако надежда эта совершенно напрасна. Надежды социал-демократов на парламентарно-демократическое введение социализма — суть надежды детские.

Социализм надо вводить насильственно, и для этого необходимо отменить все «формальные» права и свободы: отменить свободу слова и печати, задавить свободу ассоциаций, залить кровью свободу совести.

Во-вторых, социализм по самому существу своему осуществляет высшую и безусловную форму трудовой зависимости, наемничества и даже хозяйственного холопства, эксплуатациидеспотизма работодателей, необеспеченности и повального снижения уровня жизни. Социализм устанавливает монополию работодательства, и притом законченную и завершенную; он стремится закупорить в этом отношении все щели трудового рынкам он стремится поставить все население страны в положение безусловной зависимости от государственной власти, т. е. от монопольно правящей политической партии, ее клевретов и чиновников. <Кто> хочет жить или как-нибудь влачить жизнь при социалистическом строе, тот должен обратиться к единственному в стране источнику труда и заработка, бесконкурентно владеющему рынком, — и просить о работе, заранее безоговорочно принимая все условия. И этот источник заработка, монополист власти и рынка, поставит пролетарию поистине монопольные условия, распространяя их не только на размеры рабочего дня и жалования, но и на вид труда (не по специальности!), на место труда (переброска) и на пищевое и жилищное довольствие.

Социализм не освобождает труда, а порабощает его. Это не может быть иначе. Ведь социализм по самому существу своему есть всеохватывающее плановое хозяйство, которое возможно только’ при государственной монополии в области производстваобмена и распределения. Социализм не может мириться с тем, что в стране остаются независимые источники труда и дохода, ибо, поскольку они еще имеются, постольку социализма нет, а есть частное хозяйство, конкурирующее с социалистическим и наверное его побивающее. Почему «наверное»? Потому что в душе частного хозяина — будь он производитель, или торговец, или организатор потребления — трудовой процесс мотивирован верно; самоокупаемость и доходность есть для него закон, а растрата сил для него «не обязательна».

Надо понять, продумать и запомнить этот закон, хозяйственная зависимость и самостоятельность частных лиц несовместима с социализмом. Социализм не только «регистрирует» и «организует» пролетариев, как думают социал-демократы. Он сознательно и систематически создает этот класс, экспроприируя и отрывая от средств производства все новые и новые слои. Нищета и трудовая зависимость суть прямые условия и проявления социализма. Социализм ставит людей, всех людей — на колени перед центральною властью и перед господствующей партией; и притом не только политически и хозяйственно, но и в вопросах семьи, школы, веры и науки. К сожалению, это мало кто понимает на свете, особенно же в голодных массах.

Люди все еще не понимают того, что трудовая самостоятельность есть первая, живая и необходимая основа свободы; и что там, где ее нет (у пролетариата!), — спасает кое-какую свободу только конкуренция частного рынка и свобода ассоциаций. Социализм разрушает все эти основы; он закупоривает все каналы, несущие свободу. Он последовательно и планомерно порабощает людей. И в этом самый замысел его; в этом его социально-политический рецепт: нездоровоетягостноеприниженное положение фабричного пролетариата — довести до полного завершения и распространить на весь народ. Осуществить всеобщее освобождение посредством всеобщей зависимости… О, премудрая «диалектика»! И бедный, истинно мудрый Гегель перевертывается в гробу от отвращения к этому извращению и от бессильного гнева…

Есть старая истина, что в основе свободы лежит частная собственность. И не в том смысле, что «частная собственность нуждается в свободе», как обычно толкуют социалисты либеральную доктрину. А в том смысле, что свобода, т. е. жизненная самостоятельность и духовная независимость людей невозможны без частной собственности.

И если социализму суждено победить в Европе, то все европейское человечество скоро начнет со скрежетом твердить эту истину и проклинать себя за то, что не сумело защитить ее в теории и на практике.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *