«Не надо меня выдвигать»

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...

Машинист Золотаев — один из самых старых, опытных, уважаемых рабочих в паровозоремонтном депо. Старых не в смысле возраста — 45 лет. Он пришел сюда после шестиклассного образования. Отсюда ушел в армию. Здесь, вернувшись, закончил 10 классов. Был слесарем, помощником машиниста, после курсов и практики стал машинистом. Учиться в институте он начал с 31 года. Продолжалась его учеба во Всесоюзном заочном институте инженеров транспорта 11 лет.

Учился с перерывами. В этот срок двое детей родились — один за другим. Забот было много. Мог бы и бросить учебу, но гордость мешала, имелись планы выйти в инженеры. Тревожил пример: вместе начинали учиться они втроем. У всех дело пошло быстрее, успешнее. Один из окончивших стал освобожденным секретарем парткома. Другой — старшим мастером. Закончил учебу Золотаев и решил попробовать свои силы в инженерной должности. За плечами опыт двадцатилетней работы машиниста локомотива. В тот момент в депо инженерной должности не было, по характеру же работы машинисту инженерная квалификация не требуется. Многие инженерные должности в депо занимают опытные техники, из тех, кто имеет среднее техническое образование. Пошел Игорь Васильевич Золотаев на литейно-механический завод, что с депо по соседству, па должность фактического заведующего транспортным цехом (название у должности какое-то запутанное). …А через 10 месяцев вернулся в депо и попросился взять назад машинистом… «Что, не получается?» — на такой вопрос ответить утвердительно не мог. Это было бы ошибкой сказать: «не получается». Работал во всю силу, что мог, делал, переживал за все, что происходило в цехе. Его друзья деповские предпочитали не спрашивать, что произошло, почему ушел. Долго размышлял сам. И пожалуй, понял. Дело вот в чем.

В этой инженерной должности, а фактически в должности административной, требовалось ему быть и снабженцем, и организатором, и нормировщиком, и техническим специалистом, и специалистом по налаживанию отношений между людьми. Как теперь понимает Золотаев, надлежало ему быть специалистом прежде всего по организации труда, нужны были совсем не те навыки, что у машиниста, и не только те знания, что в учебниках.

На литейно-механическом заводе транспортный „цех был в загоне — так часто случается, краны, автокары и составы давно уже поизносились, требовалась замена многих деталей, а взять детали неоткуда. Рабочие при простоях и непорядках, при прогулах и перекурах ссылались на технические неполадки и неисправности. Простои были выше всякой нормы. Руководство завода не обращало должного внимания на цех. Он ведь вспомогательный, для обеспечения продукции, а продукцию производят другие цехи. Золотаев должен был ликвидировать прорыв, затем он, новый человек, взят вместо прежнего.

Будь это место без прорыва, работал бы он, возможно, и сейчас в должности инженера и обеспечивал бы наладку оборудования. А при сложившемся положении всю сумму обязанностей ему выполнять оказалось не под силу.

Это понятно теперь, а тогда… Обида накапливалась день ото дня. На нерадивого предшественника, на руководство, но прежде всего на себя. Обнаружил у себя качество: решения принимать он не умеет. Когда с механизмом имеешь дело, с тем механизмом, который знаешь, который изучил, в отношении его знаешь, какие решения принимать, и на дороге тоже. Раньше было: ты, дорога и машина, а в транспортном цехе свыше 200 человек, масса неполадок, конфликты разные, ожидающие твоего решения. К таким решениям он подготовлен не был. В тепловозе и электровозе подчиненный у тебя один — помощник машиниста. Хочешь — его воспитывай. Хочешь — опыт передавай, хочешь — сам у него учись, хочешь — просто общайся. А вот когда 200 человек? Нет, не только в Золотаеве дело, не в том, что знаний для всех участков работы ему не хватает. Дело в «наследстве» — тяжелое оно. И в руководстве — не помогает. И в технической базе — никудышное. Вот и ушел. Не расценивал Золотаев это как свое поражение. Объективные причины одолели.

Только когда вернулся на свой электровоз, провел его по своей любимой дороге, стал по-другому думать. Все это произошло как результат неправильно принятого решения. С каждым рейсом видел он новый поворот в своей истории. Ведь у другого бы получилось в транспортном. У напористого, у заводного, у хорошего организатора, поднаторелого во взаимоотношениях. Такой в цехе был нужен, такому там и надо быть. Еще рейс — новый виток, новый взгляд на вопрос. То есть не на вопрос, на человека, его судьбу. На помощника своего, например.

Спор с ним вышел, конфликт. Парень способный, дисциплинированныи, с армейской, еще не растраченной выправкой. Симпатичный, покладистый, отношения у них друг с другом отличные, а решил уходить с электровоза. «Не всего себя тут я трачу, хочу, где риск есть, шум чтоб был, толчея». — «Не толчея, а неразбериха, не риск, а безответственность. Красота тебе не нужна, на электровозе красота и четкость». — «Ну да, четкость, как на арифмометре». — «На арифмометре работать тоже талант нужен, чтобы от цифр не отвлекаться. На людей, например, на всякую живую жизнь». Обиделся Золотаев, принял насмешку на свой счет, не стал удерживать. Ушел парень на работу разнообразную и нетрудную: ремонтировать автоматы, торгующие газировкой, радовался парень с неделю этому разнообразию и толчее, а потом мрачный вернулся на электровоз. Объяснил: «Как вам сказать, почему, сами поймете, если одно слово сказать — соблазн». Не хочет он за такой соблазн расплачиваться всю жизнь. Но и ездить по одному маршруту скучно ему. Видно, требуется работа поживее. Вот он и ждет, прикидывает, что же на самом деле ему нужно. А как узнать? Парень на распутье, может получиться плохо и образования не будет, если сейчас, например, жениться. А что? 9 классов, зарплата хорошая. Учиться не идет не из-за того, что не знает еще куда, а потому, что себя не нашел. Про автоматы ему ясно: работу эту он не уважает из-за легкости и несерьезности ее после электровоза.

Золотаев до своего опыта со сменой работы все пилил помощника. А после на десятом совместном рейсе сам посоветовал пойти в ремонтники. Работа такая же почетная, а нового, интересного больше. В бригаде восемь человек, поломки самые разные, заказчики бывают очень интересными людьми, при приемке «спектакли» случаются — то комедии, то трагедии. И учиться там человеку видно для чего, учеба на таком месте в дело пойдет — организатором вырасти можно, похоже, туда его ведут внутренние ресурсы. Или техническим специалистом, ремонтным рабочим можно остаться, и расти на этом месте: диапазон ремонтных работ велик. Парень повеселел. Рейс за peйcoм все обкатывает и обкатывает свое решение.

Парень рассуждает вслух всю дорогу. А Золотаев снова и снова возвращается к вопросу: нужно ли ему для работы машиниста его высшее образование. Он теперь твердо знает — для профессии, для каждодневного дела — нет, не нужно, достаточно хорошего среднего технического образования. Руководство тоже не видит в этом высшем образовании нужды. Нe зря ли он 11 лет тратил силы,

время?

Важная тема. Прочно вошла идея высшего образования в самую что ни на есть каждодневность. Популярной стала. Входит и в житейский расчет, в жизненную практику. У Золотаева есть свой аргумент за то, что не зря он 11 лет проучился. Вот, например, 45 лет, может всякое случиться. Комиссия медицинская, например, не пропустит его на следующий год. Комиссию машинист проходит часто. Нужно полностью соответствовать своей должности: быть во всеоружии внимания, здоровья, зрение иметь хорошее, нервы в полном порядке, слух отличный и многое другое. Не пропустит, предположим, его комиссия. Ну если такой «прокол», тогда сможет он подобрать себе работу там, где его инженерные знания пригодятся, опыт машиниста понадобится. Такие должности в депо есть. Это он не сбрасывает со счетов.

И еще. Образование и привычка к учебе создали в его жизни свой настрой. Читает он постоянно книги, может быть, это и на производстве в счет ему не идет, но самому важно. Вот, например, книга Парамонова. Оказалось, что ни журналистка, с которой Павел Иванович, директор депо, Золотаева познакомил, ни сам директор этой книги не читали. И не удивлен Золотаев — он больше читает. Несколько наставительно объяснил он, что особую главу «Мысли об управлении» неплохо было бы почитать и директору, и журналистке. Второй раз ее Золотаев перечитывает и кое-какие мысли хочет предложить обсудить на партсобрании. Как инженер он эти идеи и мысли автора очень высоко оценивает. Может, книжечку эту директору принести, взята она из деповской библиотеки. Кое-что о расстановке людей там верно сказано.

Ну уж если о пользе золотаевского опыта говорить, есть еще одна польза, считает машинист: наверняка добрым словом помощник его помянет, благодарить его будет, человеку такое всегда важно. Для себя Золотаев тоже сделал вывод, даже два. Знать надо свои ресурсы — раз. Ресурсы свои применять надо правильно — два. Решил он про образование, в общем, верно — образование ему нужно. Неправильно решил он насчет выдвижения на новую должность. Выдвигаться можно и по рабочей должности. Но это уже третий вывод.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *