Наука в системе познания

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...

Философская методология и научный метод познания.

Философская методология и научный метод познания неразрывно связаны между собой. Метод вооружает ученого системой принципов, правил, приемов, руководствуясь которыми, он целенаправленно идет к поставленной цели в познании. Методология, изучая возможности познавательной человеческой деятельности, вырабатывает на этой базе способы и методы продуктивного осуществления научного познания. Сердцевиной научной методологии является философия. Она предполагает не только мировоззрение, но и одновременно критическое раздумье об основаниях построения самой науки. Поэтому она является общей методологической основой и духовно-нравст-венным критерием всей культурной жизни людей. Философия выполняет функцию интеллектуальной разведки в познании, которая служит для заполнения пробелов, постоянно возникающих в связи с недостаточной степенью изученности тех или иных проблем природы, общества и человека. Именно в сфере философии учеными формируются мировоззренческие и методологические истоки (основания науки). «Философская методология как учение об общем методе познания мира есть особая сфера духовной культуры, — утверждал Н.А. Бердяев, — отличная от науки и религии, но находящаяся в сложном взаимодействии с ними» [13].

К задаче философско-методологического осмысления науки, ее мировоззренческих функций добавляется необходимость учета старых и создания новых аксиологических идеалов и нравственных норм. Философия призвана обосновывать современный статус науки, поддерживать ее социальную роль в культуре человечества. Нацеленная на углубленное осмысление и понимание накопленных науками знаний, философия создает творческую атмосферу, способствующую настрою ученых на последующее практическое использование научных открытий. Если наука сосредоточена на познании природы вещей, предметов и явлений, существующих объективно, то философия фиксирует внимание на субъективной оценке всех научных достижений, учитывает личностное к ним отношение, что противопоказано науке (она, по словам Эйнштейна, сторонится всего эмоционального). В философии, при всем ее интересе к объективному миру природы, субъективное начало играет очень важную, если не сказать первостепенную, роль, то есть является необходимым компонентом процесса познания бытия.

Философское осмысление новейших методов научного познания и обоснование аксиологического наполнения творческого труда исследователей обусловливается общественной потребностью в осознании безопасности динамично развивающейся современной науки. Философский подход к познанию и преобразованию мира получил свое первичное объяснение в научно-философских учениях Ф. Бэкона и Р. Декарта. Существенный вклад в развитие философской методологии науки внесли И. Кант и Г. Гегель. Они впервые обратили внимание на специфический характер философского подхода к познанию, на его принципиальное отличие от методов конкретных (частных) наук и несводимость к ним. Г. Гегель подчеркивал, что метод в познании всегда есть движение, развитие науки, и поэтому он не может разрабатываться вне связи с методологией новейших философских систем. Так, марксистская методология исходит из того, что в основе научных методов познания лежат объективные законы природы и общества. Значение научно-философской методологии постоянно возрастает в связи с теоретизацией всех наук, в том числе биологии и медицины.

Философия становится сегодня общепризнанной методологией не только для научного, но и для всякого иного познания действительности. Методы научного познания — это философские основания любой исследовательской деятельности и творческой работы мысли ученого. Они нужны для объяснения природного и человеческого бытия в его нынешнем состоянии и предшествующей истории. Зарождение теоретических методов науки фактически началось с критики старых методов познания, с сомнения в истинности его результатов. «…Никогда не принимать за истинное ничего, что я не признал бы таковым с очевидностью», — таков был принцип Декарта [14]. Впервые теоретическая наука стала пользоваться «единым» методом беспристрастного постижения мира, названным «универсальной математикой», в Новое время. Этот метод, как объяснял сам его автор (Декарт), мог и должен был превратить познание естественных процессов, происходящих в природе, в организованную, заранее спланированную научную деятельность ученых. Образно говоря, этот метод впервые превращал научное познание в самостоятельную отрасль «производства» новых идей, точных знаний. Единый научный метод позволял ученым лучше ориентироваться в проблемах познавательной практики, а главное — нацеливал их не на отдельные исследования, а на движение «сплошным фронтом», не оставляя лакун или пропущенных звеньев, как это было прежде.

Высоко оценивая роль трудов Декарта в развитии метафизической методологии научного познания, Гегель, однако, назвал его метод совершенно неудовлетворительным. Дело в том, что у Декарта, по мнению Гегеля, даже само слово «философия», как, кстати, у многих других мыслителей, имело «неопределенной смысл познания посредством мышления, рассуждения…». «Мы видим, — разъясняет Гегель, — что в метафизике Картезия появляется наивнейшим образом совершенно эмпирическое рефлексирование и рассуждение, исходящее из оснований, из опытов, фактов, явлений, и мы, читая эти рассуждения, отнюдь не настраиваемся на спекулятивный лад. Говоря более определенно, строго научный элемент этой философии состоял в методе доказательства, представляющем собой тот метод, который издавна уже применялся в геометрии, и в обычном способе формально-логического умозаключения» [15]. В таком же плане, но ссылаясь на возрастание спекулятивного способа философской мысли, Гегель характеризует учения Спинозы, Лейбница, Канта, Фихте и Шеллинга. В философских рассуждениях этих мыслителей речь идет о поиске метода познания сущего как раз потому, что изменилось само понимание подлинного знания.

Исходя из этого, Г. Гегель энергично высказывается против абсолютизации рассудочного метода в науке Декартом и другими учеными, который не соответствует требованиям конкретного научного и философского исследования. Гегеля не удовлетворяет рассудочный метод в философии и теоретической науке потому, что он необоснованно разрывает анализ и синтез, индукцию и дедукцию и придает им абсолютное значение в их раздельности. У Гегеля эти способы познания объединяются в едином диалектическом методе. Понятно, почему «эмпирическая» и «рациональная» психология не в состоянии была понять психику человека как единый, живой, диалектически развивающийся процесс.

Научные методы познания целиком исходят из философской методологии. Но все они имеют и свою частную специфику. Так, гипотетико-дедуктивный метод, смысл которого состоит в том, чтобы на основе создания целостной системы дедуктивно связанных между собой теоретических гипотез, в конечном счете, выводить научно-теоретическое суждение о разнообразных эмпирических фактах, ориентирован прежде всего на описание формальной структуры «готового знания» и его форм в отвлечении от их генезиса и развития.

Аксиоматический метод формирует научную теорию в виде системы аксиом путем применения специфических дедуктивных правил и норм доказательства. Аксиоматические построения кажутся строгими и достаточно привлекательными. Постижение теоретических методов познания освещает исследователю путь в научной деятельности. Теория, особенно в современную эпоху, как правило, опережает практику. Так, хорошо владея теоретическими методами, всемирно известный русский физиолог И.М. Сеченов объяснил «логику» внутреннего (духовного) мира человека. В своей гипотезе, изложенной в работе «Рефлексы головного мозга», вышедшей в 1863 году, он теоретически заключил, что психическая деятельность человека выражается во внешних признаках. И.М. Сеченов наметил пути аксиоматической проработки новых законов, указав на перспективность исследования рефлекторной деятельности головного мозга. Сам факт теоретической познаваемости психической деятельности он увидел в том, что «все акты сознательной и бессознательной жизни по способу происхождения суть рефлексы». Сеченов и мышление дедуктивно расценивал как психический рефлекс с задержанным внешним выражением. Будучи рефлекторной, психическая деятельность, считал ученый, как живой процесс зависит от воздействующих на человека внешних факторов — социально-природного бытия.

Не все теоретические методы И.М. Сеченова сегодня актуальны. Однако его работа «Рефлексы головного мозга» изучается с большим интересом и в наше время. Этот труд содержал много научных методик и философских идей. И пусть он носил несколько умозрительный характер и не имел солидного фактического и так необходимого экспериментального подкрепления, бесспорно одно: именно с него началось научно-философское, метафизическое изучение человеческой психической деятельности, в частности тех ее проявлений, интерес к которым определил задачу современного фундаментального раскрытия тайны мышления человека, его разума, постигающего истину (законы мира) и творящего мир.

Весьма важной особенностью философии науки является диалектико-материалистическое понимание истины как процесса и результата познания. Истина — первоначально у Бэкона и Декарта, затем у Канта и Гегеля, а позже у Маркса и Ленина -обретает методологически отточенный характер. Теперь она уже постоянно редуцируется к деятельно-операциональной правильности, к практике. В силу этого истина сама оказалась системой упорядоченных процедур производства и распределения ученым теоретически обоснованных и экспериментально подтвержденных положений, выводов и суждений. Ученые решают тем самым главную свою научную задачу — проверяют все эти положения, выводы и суждения на практике. Следовательно, именно в практике ученый «должен доказать истинность, то есть действительность и мощь, посюсторонность своего мышления» [16]. Однако из этого не следует, что истина обретает свой предельный критерий только в практике. Как и всякая человеческая деятельность, практика не свободна от всякого рода заблуждений. Признание практики критерием истины вовсе не умаляет значение теоретического доказательства. Практика, каковы бы ни были ее форма и уровень развития, постоянно подвергается «теоретической критике».

В последние десятилетия значительно больше стало уделяться внимания как традиционным, так и нетрадиционным методам познания мира, пересмотру сложившегося образа и культурного статуса строгой науки. Этот пересмотр характеризует различные направления поиска истины наукой и ее отношение к ненаучному знанию. Отмечается не только остро негативная реакция немалой части ученых-естествоиспытателей на ненаучное знание, но и позитивная оценка гуманитариями ненаучных форм познания как способа выхода из «интеллектуального тупика», в который якобы завела человечество классическая наука.

Философия придает всем научным знаниям особый жизненный смысл и социально-нравственное звучание. Поэтому в науке утвердились две важнейшие ценности. Первая — научная истина, вторая — мораль, нравственная атмосфера. Последняя создается учеными, причем очень незначительным их количеством, буквально единицами. Конечным результатом исследовательской научно-познавательной деятельности становятся теории, законы, технические и технологические разработки на их основе.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *