Проблема медицинской реальности

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...

«Медицина поистине есть самое благородное из всех искусств».
Гиппократ

Взаимосвязь философии и медицины в человеческой культуре существует не одно тысячелетие. Без трудов античных философов и медиков, без их совместного поиска общего порядка в природе и в жизни людей медицина не стала бы научной. Если египетские врачи, преуспев в практическом лечении и даже в теоретических объяснениях отдельных клинических случаев, не смогли свою медицину довести до научного уровня, то грекам это вполне удалось. Данное обстоятельство стало возможным именно потому, что греческая медицина философски осмысливала собственные знания, в отличие от египетской. Таким образом, со времен античности философия и медицина развиваются вместе, представляя единую сферу медицинской реальности.

Медицина как сфера деятельности.

Медицина как сфера деятельности специалистов весьма оригинально сочетает в себе и постоянные процессы естественнонаучного познания человека и его лечения. Медицина стала древнейшим способом проявления человеческой мудрости в организации и управлении жизнью людей. Только «посвященные в тайны мудрости» допускались к терапевтическому акту, который начинался со сложного мыслительного процесса распознавания болезни, именуемого диагностикой (греч. dia — между и gnosis — знание). Диагностика во всех отношениях (и объективно, и субъективно) — сложнейшая сфера мыслительной, а точнее научно-исследовательской деятельности врача, который внимательно изучает состояние пациента и на молекулярном, и на субклеточном, и на клеточном, и на органном, и на системном уровнях организма. Такое многоплановое исследование (глубокое аналитическое медицинское обследование) и последущее логическое размышление приводят к первичному установлению характера болезни.

Уже на диагностическом этапе осуществляется переход на глубинный (теоретический) уровень постижения самой сущности индивида и как организма, и как личности. Философия и медицина исстари стремились «подгонять» человека под свои обобщенные формулы (так, Аристотель называл его «политическим животным»). Создав абстракцию «человек вообще», они внедрили ее в медицинскую практику. Однако если это философское понятие хорошо укладывалось во все социологические и политические обобщения, то оно не всегда «срабатывало» в медицине. Здесь, безусловно, каждый раз рассматривался конкретный индивид.

Таким образом, в медицинской практике познания человека всегда переплетались лечебная работа и философская деятельность. А начиналось все это в глубокой древности. Легендарный Асклепий (Эскулап), считавшийся в Древней Греции сыном почитаемого всеми бога Аполлона, обладал великим искусством врачевания. Асклепий изображался опирающимся на посох, обвитый змеей — символом мудрости и постоянно обновляющейся жизни. В то время Ксенофонт, Геродот, Гиппократ и другие вдохновенно писали о появлении в Греции нового сословия — врачей, которые обладали знанием природы людей и уникальным искусством лечения их тел и душ. Постижение тайн человеческой натуры и овладение врачебным искусством начиналось с раннего детства. Допускались к обучению только наиболее способные юноши. Занятия с ними вели хорошо образованные и опытные врачи-педагоги. При этом они стремились соблюдать традицию своеобразной врачебной династии. Не секрет, что у всех древних народов врачи пользовались особым почетом и уважением. «Сотни воителей стоит один врачеватель искусный», — читаем мы у Гомера.

В Средние века, когда церковь в Европе оформилась как организация с жесткой иерархией, развивается особое отношение к человеческой личности, созданной по образу и подобию Бога. Поэтому как к философии, так и к медицине, имеющим дело с человеком, церковь стала предъявлять особые требования, касающиеся соблюдения библейских заветов. Человек предстает отныне уже не в двух измерениях, как прежде («тело» и «душа»), а в трех: «тело», «душа» и «дух». Дух — это некая причастность к божественному началу посредством веры. Человеческий индивид открыт божественной мудрости, которая наполняет его духовной силой и дает ему физическое и психическое (духовное) здоровье.

В Новое время под влиянием передовой философии и общего прогресса науки профессиональная медицина достигла довольно крупных успехов. Стремительно развивались анатомия (Везалий), физиология (Гарвей, Декарт). Однако клиническая медицина все еще основывалась на ненаучных позициях, наивных представлениях о человеке. Поэтому деятельность врачей во всех сферах, кроме чисто практических областей медицины — таких, как хирургия, акушерство, — сохраняла черты, вызывающие серьезное осуждение философов.

Со временем объем обобщенных представлений о человеке, а также приемов и способов врачевания принципиально изменился. Стали появляться профессиональные врачи и медики, обладающие высокой культурой мышления, и философского в том числе. Кстати, корень слова «медицина» — индоевропейское «med», что означает «посередине». Смысл этого слова менялся в зависимости от развития культуры мышления. В конце концов оно стало обозначать исцеление, которое происходит благодаря срединному положению между неким мистическим чудом (интуицией) и знанием-умением. Значительно позже медицина действительно стала занимать «срединное» положение между естественными и гуманитарными (в основном философскими) дисциплинами. Позже сложилась медицинская специализация по видам врачебной деятельности. Врач наконец получил государственное признание, приобретя статус «посредника» между Богом и человеком.

Практическая мудрость и врачебное искусство процветали во многих странах мира. Так, в Древней Персии врачи профессионально владели тремя ключевыми лечебными специальностями. Они умели исцелять «ножом», «законом» и «святостью». Врачи первого профиля были хирургами, второго — специалистами, устраняющими причину заболевания. Их с уважением называли «мастерами здоровья». Но наибольшей популярностью пользовались врачи третьего профиля. Только они обладали исключительными качествами ума и могли своим словом позитивно воздействовать на больного. Их на Востоке называли «мудрецами».

В Древней Индии и Древнем Китае медицина сливалась с философией. Надо отметить, что древневосточная медицина принципиально отличалась от древнеевропейской — прежде всего тем, что была целиком пронизана разумными идеями глубинного самопознания, самовоспитания человека и основывалась на сакральных методах достижения некоего внутреннего спокойствия, гармонии тела и души, на искусстве индивидуальной самокоррекции аномальных (патологических) телесных и духовных (психических) состояний. Интенсивное размышление, умственное погружение в самого себя, концентрация сознания на каком-либо объекте внимания (мантре) — все это получило название медитации. Ее классический тип предполагал философско-мистическое растворение индивидуального сознания в безличностном, небоподобном абсолюте.

Древнегреческая медицина, скорее всего, в ходе своего становления и развития переняла многое из философско-мистических достижений персидской, индийской и китайской культуры. При этом она сохранила свою оригинальную самобытность и нацеленность на добродетельность, нравственность. Поныне бытуют легенды, что в Древней Греции первые медицинские школы (тайные общества) наряду с математическими и астрономическими, были созданы небезызвестным философом и ученым Пифагором. Целью его медицинской школы-ордена было достижение всеми братьями тайного общества особого ментального мышления, так называемой «созерцательной жизни». Приспосабливая свой организм к космическому порядку и строго следуя частоте «семеричных ритмов биологических циклов», братья, как свидетельствуют источники, смогли достичь «полной гармонии телесных элементов». Нацеленность их жизнедеятельности (стремление к всеобщему благу) инициировала новый тип и стиль бытия, или, как тогда говорили, «пифагорейскую жизнь», имеющую своей целью достижение «космического момента истины» и обеспечение всеобщего блага. Этот весьма своеобразный путь познания смысла жизни предполагал стремление к наивысшему очищению души и соединению с божеством, в данном случае — числом как началом всеобщего бытия.

Преобладание космической детерминации в жизни и деятельности человека обусловливалось тем, что его духовность считалась в огромной мере предопределенной Космосом как всеобщим порядком, гармонией, красотой. Такая модель космического порядка стала исходной для понимания бытия земной природы, общества и человека. Иначе говоря, на ее основе философски осмысливались все исходные начала природы и человека, которые сопоставлялись с мудрым, гармоничным устройством космического организма. В житейской повседневности никак нельзя было устраниться от философско-критического осмысления глубинных истоков разумной организации нормальной (здоровой) человеческой жизнедеятельности. Кстати, человеческая жизнь не мыслилась без активной осознанной деятельности как космического начала общественного бытия. Мудрость развивается тогда, когда прошлая жизнь позволяет не только наполнять новым смыслом настоящее, но и осознанно предопределять будущее. Этот главный философский принцип организации личной жизни стал необходим всем как методическое руководство для обеспечения внутреннего порядка, то есть душевного равновесия людей, их интеллектуального комфорта.

Внутренняя (имманентная) взаимосвязь медицины с философией, древнейшей сферой интеллектуальных общечеловеческих ценностей в физической и духовной эволюции людей, всегда привлекала пристальное внимание ученых. В философии медики усматривали средоточие человеческой мудрости, главные жизнеутверждающие принципы разумного существования. Так, уже в самых первых философско-медицинских картинах общественного бытия людей был осуществлен переход от космоцентрической к биоцентрической, а затем и к антропоцентрической системе мировоззрения. «Отец теоретической медицины» Гиппократ увидел в человеческой мудрости способность к сохранению нравственной чистоты, предполагающей уважительное отношение друг к другу, сдержанность во всем, умеренность в еде и т.д. Он говорил: «…Немного, в самом деле, различия между мудростью и медициной, и все, что ищется для мудрости, все это есть и в медицине, а именно: презрение к деньгам, совестливость, скромность, простота в одежде, уважение, суждение, решительность, опрятность, изобилие мыслей, знание всего того, что полезно и необходимо для жизни» [1]. Врачебная мудрость имеет вполне реальное назначение — учить пациентов искусству строить свою жизнь разумно и в согласии с собственной совестью.

В учении Гиппократа впервые было сформировано общее (теоретическое) представление о человеке, его здоровье и заболеваниях. Основное требование заключалось в том, чтобы понять сначала человека вообще, определить критерии его здоровья, а затем уже искать и устранять причину заболевания. Болезнь, по Гиппократу, представляет собой одну из сторон целостной жизнедеятельности человека, в которой здоровье переходит в болезнь, а затем болезнь — в здоровье. Это весьма важное положение нашло свое обоснование в учении о четырех жизненных соках организма. Гиппократ предложил общую методологию научного медицинского познания. Как уже упоминалось выше, будучи глубоким мыслителем, он прекрасно понимал, что прежде, чем лечить болезнь, необходимо понять саму человеческую природу. Это вооружает медиков философскими принципами подхода к исследованиям человека и лечению его заболеваний. Совершенно очевидно, что совокупность медикофилософских взглядов Гиппократа представляет собой пусть и начальную, но уже научно-теоретическую по содержанию и форме систему.

Медики, кстати, всегда тянулись к философии. Именно философия вводила их в святилище общечеловеческой мудрости. А под мудростью врачи еще в глубокой древности понимали не только умение прогнозировать и предопределять будущее, но и благородные качества, абсолютно бескорыстное стремление помогать людям. Жизнь медика — это постоянный процесс овладения врачебной мудростью, то есть постижения тайн природы человека и совершенствования искусства исцеления больного, предвидения возможных результатов лечения. Это благородное служение людям, ощущение гражданской ответственности, своевременное выявление и качественное лечение заболеваний. Врачебная мудрость нацеливает медика на настойчивое стремление к овладению передовыми методами и средствами диагностики и лечения. Медику, как мудрому наставнику своих пациентов, требуется глубоко осознанное социально-философское осмысление результатов собственного труда. Академик И.П. Павлов с гордостью заявлял: «Что ни делаю, постоянно думаю, служу этим, насколько позволяют мне мои силы, прежде всего простым людям, моему Отечеству» [2]. Повседневная жизнь и работа медика — это осознанное самопожертвование, самоограничение во имя возвращения людей к счастливому здоровому бытию. Однако счастливыми становятся не только те, кто благодаря мудрости и искусству врача избавился от болезни, но и те, кто освободил их от страданий, то есть сами врачи, медсестры.

Ламарк справедливо заметил в свое время: «Всякая наука должна иметь свою философию, и только при этом условии она сделает действительные успехи. Тщетно потратят натуралисты свое время на описание новых видов, на установление в них всех оттенков, всех незначительных частностей их изменений, увеличивающих огромный список уже зарегистрированных видов, …пока философия науки в пренебрежении, успех последней останется мнимым и вся работа несовершенной» [3]. Именно поэтому медицина, представляя особую сферу познания, творчества, искусства, столь же нуждается в своей философии, как и любая другая наука.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *