Философско-этические проблемы медицины

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (1 оценок, среднее: 2,00 из 5)
Загрузка...

«Медицинаежедневное испытание на человечность».
Чехов

«Час пробил, и выбор между добром и злом у нашего порога».
Винер

Современный культурный и научно-технический прогресс, сверхдинамичное развитие медицинской науки и практики, революционные по своей сути биотехнологии в мировом здравоохранении — все это поставило перед философской мыслью принципиально новые морально-этические вопросы. Речь идет о поиске путей повышения общественной и профессиональной медицинской ответственности за распределение ограниченных ресурсов здравоохранения, за результаты расширяющейся практики трансплантации человеческих органов, искусственного оплодотворения и абортов.

Нельзя забывать и о необходимости обсуждения права медиков в исключительных случаях «облегчать» участь безнадежно больных, то есть способствовать ускорению смерти (эвтаназия). В этой связи представляется чрезвычайно важным философское осмысление нравственных оснований вступления ученых и врачей на нетрадиционные участки медицинской науки и практики.

Генезис морально-этических взглядов в естествознании и медицине.

Генезис морально-этических взглядов в естествознании и медицине начался очень давно — за четыре тысячи лет до нашей эры. Уже тогда высоко ценилась морально-этическая сторона воздействия на больного. Так, в Месопотамии высокий уровень врачебной этики поддерживался не только значительными размерами вознаграждения медиков за их труд, но и системой строгих наказаний, которые применялись по отношению к врачам, нарушающим медицинский этикет. В Древней Персии медикам законодательно предписывалось не только постоянно овладевать профессиональными навыками, совершенствовать знания, но и вырабатывать в себе этические качества: умение выслушивать больного, быть к нему предельно внимательным и т.д. По свидетельству древнегреческого историка Геродота (484-424 до н.э.), посетившего Египет в V веке до новой эры, в египетской медицине наряду с химическими, физическими и биологическими методами лечебного воздействия на больного весьма широко использовались морально-этические, в частности словесные, мимические и пантомимические. Древнегреческая медицина в ходе своего развития переняла многие мораль-но-этические достижения месопотамской, персидской и египетской практической медицины.

Среди заповедей древней медицины, дошедших до наших дней и известных каждому культурному человеку, одно из первых мест занимает призыв великого греческого врача и мыслителя Гиппократа «не навреди» (поп посеге), обращенный ко всем медикам. Аристотель считал, что сама культура дала людям уникальное оружие — интеллектуальную силу, но они нередко использовали это оружие не по назначению. Человек без нравственных устоев представляет собой существо дикое и несчастное. Таким образом, внутренняя суть каждого индивида напрямую зависит от уровня его нравственности. Но еще большая нравственная ответственность ложится на врачующего медика. Гиппократ в «Клятве» заявляет: «Чисто и непорочно буду я проводить свою жизнь и свое искусство. В какой бы дом я ни вошел, я войду туда для пользы больного…» [1]. Вся история человечества убеждает в том, что развитие медицинского искусства находится в прямой зависимости от образованности и воспитанности людей, уровня общей культуры народа, нравственных принципов справедливости в обществе. А справедливость, согласно Цицерону, заключается в том, чтобы «никому не вредить и приносить пользу».

Упадок греческой и римской философско-этической культуры сопровождался долгим периодом застоя и в медицинской теории и практике. Дело, видимо, в том, что морально-этические аспекты медицины практически во всех великих философских системах прошлого характеризовались двумя особенностями: доктринальностью и назидательностью. Доктринальность любой этики означала, что последняя является составной частью общей философско-моральной системы. Примером именно такой этики могут служить учения Гиппократа и Галена. В них уже имела место этико-философская направленность воззрений в сфере медицины. Доктринальность этики, к сожалению, зачастую переходила в назидательные наставления. Конечно, их изучали, но не для того, чтобы знать, к примеру, что такое добродетель, а для того, чтобы поступать добродетельно. Доктринальность и назидательность медицинской этики воплощались в соответствующей нормативной системе, содержанием которой стала целостная программа нравственного поведения врача.

В XIX веке русский врач и писатель В.В. Вересаев писал: «…Как это ни печально, но нужно сознаться, что у нашей науки до сих пор нет этики. Нельзя же разуметь под нею ту специально-корпоративную врачебную этику, которая занимается лишь нормировкою непосредственных отношений врачей к публике и врачей между собой. Необходима этика в широком, философском смысле. …Узкие вопросы врачебной практики, прежде всего, должны решаться именно с философской точки зрения: и только в этом случае мы сумеем, наконец, создать настоящую медицинскую этику» [2]. Сегодня моральные требования в медицинской сфере радикально изменились. Причиной тому служат новые медицинские реалии, выражающиеся в развитии современных теорий, технологий и методик типа искусственного оплодотворения, трансплантологии и т.д. Ныне привычными стали генноинженерные вмешательства в человеческий организм, а также другие медицинские воздействия с целью не столько лечения, сколько качественного изменения природы человека (неоевгеника). Это обстоятельство одновременно и радует, и беспокоит.

Немало острейших моральных, философско-этических проблем порождают современные биомедицинские эксперименты, проводимые на животных. Примером служит выведение в 1996 году в лаборатории близ британского города Эдинбурга овечки по имени Долли новым способом клонирования. Эта овечка через некоторое время уже естественным образом родила здорового ягненка Бонни. А в 2000 году удачно клонировали пятерых поросят. Таким образом, эксперименты частично развеяли сомнения ученых, медиков, философов по поводу генетической полноценности клонированных животных. Еще один дерзкий эксперимент был проведен учеными из Гавайского университета в США. В ходе опыта мышиная сперма подвергалась самой глубокой заморозке, фактически она обращалась в безжизненное состояние. Затем замороженная сперма мышей реконструировалась с помощью нескольких капель воды и использовалась для оплодотворения женских особей. Это исследование показало, что структуры ДНК в половых клетках куда более устойчивы к внешним воздействиям, чем предполагалось. С точки зрения медицины, данный факт открывает перспективы долгосрочного хранения с целью последующего использования семени лабораторных и сельскохозяйственных животных, а может быть, и человека.

Все эти и многие другие технологии намного опередили развитие традиционной морали и научной этики. Поэтому мировая общественность вынуждена вырабатывать принципиально иные этические принципы и критерии нравственных оценок в науке и медицине, создавать новые моральные контрольные структуры, действие которых должно быть направлено на обеспечение безопасности для каждого члена общества. Мораль всегда отражает действительные общественные интересы. При этом она реализуется внутри человеческой личности, выражая идеалы бескорыстия и альтруизма.

Стимулирование широкого общественного обсуждения морально-этических проблем, порождаемых прогрессом в биомедицине, генной инженерии и т.п., и его отражения в международных документах типа Конвенции Совета Европы о правах человека и биомедицине, Декларации ЮНЕСКО по геному человека и других рассматривается как необходимое условие развития современной медицины в русле гуманистической философии. Это позволит в будущем минимизировать возможный риск, связанный с проведением некоторых биомедицинских экспериментов. Творческий характер врачебной самодеятельности восходит не только к диалектическим тонкостям клинического мышления медиков, но и к необходимости постижения врачами гносеологических проблем и морально-этических норм профессионального исследования человека и качественного улучшения его сущности. Здесь и возникает естественный вопрос: а обладают ли ученые, врачи необходимым знанием и опытом, чувством ответственности и справедливости, то есть мудростью, достаточной для того, чтобы приступать к созданию новых видов человека?

При формировании современного менталитета врача необходимо обращать пристальное внимание на воспитание у него философско-нравственных и этических качеств, на развитие в нем истинного гуманизма. Отметим, что врачебная этика первоначально сформировалась именно в медицинском сообществе — скорее всего потому, что деятельность врачей объективно потребовала от них профессионального совершенствования, развития философско-нравственных принципов, на основе которых нужно было выстраивать взаимоотношения с пациентами, их родными и друзьями. Нельзя забывать и о такой непростой проблеме, как принудительная госпитализация в практике врачей-психиатров или венерологов. Принципы врачебной этики здесь служат главным моральным оправданием того необходимого насилия, на которое в исключительных случаях вынуждены идти медики. Врачебная этика формирует в каждом враче, фармацевте, в каждой медицинской сестре глубокую личную ответственность за качественное выполнение своего профессионального долга перед пациентами и всей мировой общественностью.

Работа медиков с пациентами требует исключительного такта. В результате философского образования и нравственного самовоспитания в медицинской среде уже утвердились новые категорические моральные запреты. Так, к примеру, чувство искренней благодарности больного врачу, медсестре, нянечке естественно и всем понятно. Но в данном случае медики занимают, так сказать, оборонительную позицию по отношению к своим пациентам: они решительно отказываются принимать дорогие подарки, ведь это может поставить под сомнение бескорыстие труда медика — его жизненного подвига.

Основные цели медицинской деонтологии наглядно характеризуют нравственной облик и моральные качества всех медицинских работников. В настоящее время, когда происходит дальнейшая специализация и дифференциация в системе здравоохранения, врачи вынуждены сосредоточиваться на конкретных патологических процессах. В связи с этим, к сожалению, во многих из них постепенно стало утрачиваться представление о больном как о личности. Это новое обстоятельство объективно приводит к некой деформации морально-этического самосознания и поведения медицинского персонала. Целостное восприятие пациента нарушается, моральная ответственность за выздоровление разделяется между многочисленными специалистами, которые так или иначе становятся причастными к лечению больного.

Можно припомнить немало случаев из медицинской практики, когда неосторожное слово врача во время беседы с пациентом причиняло последнему сильную душевную боль, а иногда наносило и физический ущерб. Для обозначения этого явления в медицине существует даже специальный термин — «ятрогения». С ним связывают ныне практически все неправильные действия врача. Некоторые медики считают, что следует отражать в историях болезни все осложнения, которые были так или иначе вызваны словом или действием врача. Но это не совсем правомерно с морально-психологической точки зрения, ибо может сковать всякую врачебную инициативу. Уже при первом разговоре с больным врач должен уловить личностные черты его характера. При этом необходимо помнить: то, что можно сказать одному, другому категорически говорить нельзя. Речь идет не столько о сохранении врачебной тайны, сколько о морально-психологической ответственности. Скрывать ли информацию о течении и возможном исходе болезни от самого больного, открыть ли какую-то ее часть родственникам или официальным органам — все эти вопросы решаются строго индивидуально, с учетом свойств личности пациента, характера его заболевания и других факторов.

В современных условиях каждый медицинский работник должен настойчиво овладевать психолого-философскими знаниями, профессиональными навыками и обладать высокими нравственными качествами. Это особые требования, которые предъявляются к медикам как представителям самой гуманной профессии на Земле, призванным защищать людей от боли и страданий. Указанные требования закрепились в деонтологии как в учении о врачебном долге, нравственном законе. Они появились еще в Древней Греции. А вот благодаря И. Канту деонтология (греч. deon — долг и logos — учение) стала синонимом нравственной философии. Английский философ И. Бентам (1748-1832) первым предложил обозначать медицинскую этику термином «деонтология», для указания на нравственное долженствование врача. Уже тогда ее принципы стали применяться при оценке наиболее сложных межличностных взаимоотношений медиков и пациентов, с учетом морально-этических традиций. Позже термин «деонтология» стал преимущественно медицинским, выражающим разнообразные формы этических требований к медицинским работникам при выполнении ими своих профессиональных обязанностей.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *