Вероятность как загадка бытия и познания

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...

Вероятность и жесткость — предельные виды систем

Исторический подход ставит вопрос о наследниках вероятностной идеи. Весьма интересно, что при рассмотрении этих вопросов в последнее время все чаще обращается внимание на анализ взаимоотношений представлений о жесткой и вероятностной детерминациях, о жестко детерминированных и вероятностных системах. Все чаще утверждается, что эти два вида систем и подходов выражают два предельных и альтернативных подхода к анализу структуры бытия и познания и в этом отношении являются простейшими. Такие утверждения высказываются в ходе перехода современной науки к аналитическим методам исследования сложноорганизованных систем. Новая парадигмальная концепция выступает как своеобразный синтез концепции жесткой детерминации и вероятностного подхода. О том, что такая постановка вопроса крайне существенна, говорят многие высказывания авторитетных ученых и методологов науки. Прежде всего, она встречается в работах, посвященных анализу нелинейных процессов. Связывая познание сложных систем, познание нелинейных процессов с разработкой «стохастической динамики», известные представители нижегородской школы изучения нелинейных процессов А.В. Гапонов-Грехов и М.И. Рабинович заявляют: «В последние годы интерес физиков к «стохастической динамике» непрерывно возрастает: это связано как с появлением большого числа конкретных задач в различных областях, так и с наметившейся возможностью продвинуться в фундаментальной проблеме о связи динамических и статистических законов физики, прежде противопоставлявшихся друг другу». Здесь ясно заявлено, что проблема связи динамических (жестко детерминированных) и статистических законов физики является фундаментальной и ныне находится в процессе своего решения.

Интересно рассматриваемая проблема ставится в школе И. Пригожина, исследующей концептуальные преобразования в современном научном мышлении. «Мы должны отыскать, — пишут И. Пригожин и И. Стенгерс, — узкую тропинку, затерявшуюся где-то между двумя концепциями, каждая из которых приводит к отчуждению: концепцией мира, управляемого законами, не оставляющими места для новации и созидания, и концепцией, символизируемой Богом, играющим в кости, концепцией абсурдного, акаузального мира, в котором ничего нельзя понять». И далее: «То, что возникает буквально на наших глазах, есть описание, промежуточное между двумя противоположными картинами — детерминистическим миром и произвольным миром чистых событий. Реальный мир управляется не детерминистическими законами, равно как и не абсолютной случайностью. В промежуточном описании физические законы приводят к новой форме познаваемости, выражаемой несводимыми вероятностными представлениями».

Крайне любопытно относительно рассматриваемой проблемы высказался один из авторитетнейших философов XX в. — К. Поппер. Поппер уделял пристальное внимание анализу природы вероятности, выдвинул свою трактовку (вероятность как предрасположенность). Одну из своих лекций он озаглавил — «Об облаках и часах…». Понятие облака у него символизирует вероятностный образ мышления, а часы — образ мышления, основывающийся на концепции жесткой детерминации. «Облака, -заявляет К. Поппер, — у меня должны представлять такие физические системы, которые, подобно газам, ведут себя в высшей степени беспорядочным, неорганизованным и более или менее неопределенным образом. Я буду предполагать, что у нас есть некая схема или шкала, в которой такие неорганизованные и неупорядоченные облака располагаются на левом конце. На другом же конце нашей схемы — справа -мы можем поставить очень надежные маятниковые часы, высокоточный часовой механизм, воплощающий собою физические системы, поведение которых вполне регулярно, упорядоченно и точно предсказуемо». Соответственно этому — «огромное количество различных вещей, естественных процессов и явлений природы располагается в промежутке между этими крайностями: облаками слева и часами справа». Наш мир при таком подходе представляет собою «взаимосвязанную систему из облаков и часов, в котором даже самые лучшие часы в своей молекулярной структуре в определенной степени оказываются облакоподобными». Добавим еще, что, используя такой язык, Поппер характеризует концепцию жесткой детерминации как «все облака суть часы», а абсолютизацию случайности (сугубо вероятностный подход) — как «все часы суть облака».

Как видим, проблема взаимосвязи концепций жесткой и вероятностной детерминаций ставится весьма настойчиво. Эти вопросы встают в ходе разработки базовых представлений о сложноорганизованных системах, что символизируется такими понятиями, как самоорганизация, нелинейность, синергетика. Весьма интересно, что в ходе этих исследований более глубоко раскрывается роль и значение в структуре познания самих концепций жесткой и вероятностной детерминаций. Все определеннее отмечается, что жесткая детерминация символизирует собою неумолимо наступающие события, символизирует неизменное, сохраняющееся начало мира, а вероятностная детерминация — наличие внутренней независимости во взаимосвязях событий, наличие подвижного, изменчивого, лабильного начала мира, дающего возможность возникновения истинно нового, ранее в эволюции не имевшего места. Исследование проблемы взаимосвязей жесткой и вероятностной детерминаций направлено на раскрытие закономерностей взаимопроникновения жесткого и пластичного начал мира. При таком подходе естественно заключить, что вероятность символизирует собою базовые, исходные методы познания динамического, изменчивого начала мира и его познания. Добавим еще, что в современных методологических исследованиях значительное внимание уделяется проблемам взаимоотношения хаоса и порядка. Соотнося базовые представления о вероятности с понятием хаоса, можно сказать, что идея вероятности направлена на раскрытие того, как из хаоса рождается порядок.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *