Современный когнитивизм: философия, когнитивная наука, когнитивные дисциплины

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...

Научная теория полагает некоторые объекты своего внимания существующими; универсум подобных объектов образует онтологию этой теории. Обычно в этой связи говорят об онтологических допущениях языка теории. Такая ситуация кажется настолько естественной, что многие исследователи считают онтологические допущения обязательной функцией семантики языка научной теории, избавляющей их от анализа аспектов существования используемых объектов.

Однако в стандартной семантике какой-либо определенный модус существования вообще не фиксируется. Один из создателей логической семантики Альфред Тарский даже утверждал, что онтология как общая теория предметов вряд ли как-либо связана с семантикой. Действительно, семантика имеет дело с отношением наших утверждений к действительности, а онтология есть теория представления этой действительности. Поэтому, например, в семантической теории Тарского не предполагается, что в качестве объектов предметной области в логической семантике должны рассматриваться обязательно реально существующие предметы.

Таким образом, вопрос о взаимоотношениях структуры языка и онтологических допущений отнюдь не так прост и ясен, как это представляется с позиции «наивного реализма». Следует иметь в виду, что и структура мышления связана с допущениями о познаваемом. Это справедливо не только для естественных языков, но также и для искусственных, в частности, для языков логики, несмотря на то что они более просты, что их структура более прозрачна, и, принимая их, мы заведомо абстрагируемся от ряда моментов.

Для выяснения вопросов подобного рода приходится разрабатывать специальную теорию предметной области — формальную онтологию, в которой исследуются формальные структуры объектов и возможные отношения между ними.

В.Г. Лысенко продемонстрировала, что когнитивный подход может служить действенным средством для интерпретации фаз чувственного восприятия даже в такой области, как понимание индийских философских традиций.

Проблема непосредственности-опосредованности восприятия ставилась и решалась не только на Западе, но и в Индии. Более того, она широко обсуждалась практически всеми школами индийской религиозно-философской мысли.

В своем выступлении акад. РАО В.П. Зинченко заметил, что в отечественной традиции принято необоснованно сужать поле cognitive sciences, сводя его к проблематике искусственного интеллекта, что аналогично термину «когнитивная психология», охватывающему во всем мире широкий спектр исследований человека, в первую очередь, как существа мыслящего. Но в нашей стране им обычно обозначается область моделей микроструктуры восприятия, внимания и кратковременной памяти (так называемые проблемы миллисекундного диапазона).

Член-корр. РАН В.Ф. Петренко отметил, что эволюция деятельностной парадигмы отечественной психологии шла в последние десятилетия в направлении сближения с когнитивным подходом по целому ряду параметров.

Акад. РАО Г.М. Андреева дала аналитический обзор широкого спектра когнитивных подходов в современной социальной психологии, критически проанализировала достигнутые успехи и остановилась на поставленных проблемах. Специфика когнитивного подхода в этой области проявляется в апелляции к анализу социального познания, осуществляемого не исследователем, а рядовым человеком. Наиболее полно предложенный подход представлен в оформившейся в 70-х гг. концепции Social Cognition, претендующей на статус особой психологической дисциплины («Психология социального познания»). Три принципиальных положения получают особо тщательную разработку: выявление особенностей категоризации социальных объектов (в частности, включения «эвристик» в этот процесс), идея разделенности социального познания, что обусловливает необходимость коммуникации в познавательной активности, и специфическая разработка вопроса о роли эмоций в освоении человеком реалий повседневной социальной практики.

На всех уровнях анализа обозначенных проблем психология социального познания ведет жесткую полемику с традиционным когнитивизмом и в определенной степени включает себя в парадигму социального конструкционизма К. Гергена, что обусловливает больший акцент на социальную детерминацию процесса познания. Определенные варианты «синтеза» когнитивизма и социального конструкционизма предложены в теории социальных представлений С. Московичи, теории социальной идентичности А. Тэшфела и этогенической теории Р. Харре. Характерно, что можно выявить своеобразную «соразмерность» разработки некоторых принципиальных проблем в психологии социального познания их решению в отечественной традиции исследования познавательных процессов, в частности, в подходах Л.С. Выготского, А.Н. Леонтьева и А.Р. Лурии. Это, несомненно, раскрывает новые перспективы в осмыслении возможностей «полипарадигмальности» современной науки.

Е.Н. Кучер сосредоточила внимание на когнитивном подходе в педагогической психологии и тех новых возможностях, которые он открывает при решении задач повышения эффективности образования. Модель когнитивного стиля человека позволяет описать, в частности, поведение педагога (обучающий стиль) и учащегося (познавательный стиль) в образовательном процессе с целью их совершенствования. Необходимая когнитивная гибкость дает педагогу возможность не только повысить качество взаимодействия с каждым учащимся и учебной группой в целом, но также использовать такой мощный метод современного обучения, как работа с когнитивными стратегиями (грамотности, счета, креативности, решения задач и т.д.).

В.М. Розин акцентировал внимание на методологическом анализе когнитивных наук и синергетики. Когнитивный подход: это теория или методология? На первый взгляд, когнитивный подход выглядит предельно эклектическим. Здесь «через и» объединяются несоединимые вещи — информационный и системный подходы, методологические и психологические принципы и стратегии, метапонятия и модели, заимствованные из самых разных дисциплин, например, из той же психологии и синергетики.

Что же собой сегодня представляют когнитология и синергетика? Вероятно, лучше всего охарактеризовать их как сложные интеллектуальные движения. С одной стороны, это действительно экспансия методов и представлений естествознания в область гуманитарных и социальных наук. С другой — очередная попытка создать универсальный метаязык, типа системного подхода, и на его основе обновить общенаучную картину мира. С третьей стороны, синергетику и когнитологию можно истолковать как поле эвристик и новых подходов (методов), получающих ту или иную интерпретацию в зависимости от того, в какой области эти эвристики и методы используются. В последнем случае представления этих дисциплин могут оказывать влияние также и на развитие гуманитарных и социальных наук. Если применить к синергетике и когнитологии понятие бифуркации, то можно сказать, что сами эти дисциплины проходят точки бифуркации.

Ю.В. Сачков остановился на анализе вероятностных моделей в когнитивных исследованиях.

А.Т. Шаталов обратил внимание на когнитивные проблемы генной инженерии, которым в последние годы уделяется все возрастающее внимание, обусловленное появлением и распространением генетических технологий, расширяющих возможности науки; человечество вторгается в область непривычного, неизведанного, чреватого неожиданными социальными последствиями. Однако хотелось бы надеяться, что философско-гуманитарные вопросы, порождаемые антропогенетикой, в своем разрешении окажутся не столь сложными, чем те, с которыми люди уже имели дело по поводу таких технологий, как ядерная энергия, компьютерное моделирование и т.п. При рассмотрении проблем генетики человека «перекрещиваются» интересы медицины, биологии, философии, теологии, социологии и юридических наук. Поэтому очевидно, что успехи в их анализе и практическом решении в немалой степени зависят от налаживания плодотворного сотрудничества представителей самых различных областей знания.

Проблематика когнитивной герменевтики в системе философского знания анализировалась в докладе Е.Н. Шульги.

Теория понимания — это учение о постижении смысла и обработке объективного содержания ценностных суждений, которые раскрывает познание. По мере познания сущности предпонимания проясняется смысл тех сопутствующих ему категорий и понятий, которые отвечают концептуальному содержанию теории понимания. При этом выявление концептуального слоя данной проблемы выводит саму когнитивную герменевтику на фундаментальный уровень исследования.

Вопрос теории понимания на его сущностном уровне влечет за собой вопрос о том, в какой степени смыслы, создаваемые в процессе понимания, являются автономными и самодостаточными. Обусловлены ли они актуальными потребностями интерпретации, и в какой степени они предстают зависимыми от определенных теоретических и мировоззренческих установок, навязываемых нашему сознанию постулатами веры, знания, предрассудками, идолами разума и т.п.? Каковы корни этой глубинной зависимости и каково происхождение нашего понимания (обоснованности нашей теории понимания) понятиями и концепциями предпонимания? Поиски ответов на эти вопросы неизбежно влекут за собой обращение к философским теориям и учениям, так или иначе затрагивающим многоаспектный феномен предпонимания.

С.Н. Коняев остановился на проблематике когнитивной когерентности и виртуальной реальности, конструировании виртуальных миров.

Детальный анализ когнитивных социальных факторов в теоретической реконструкции процесса развития научного знания был выполнен Е.А. Мамчур, которая отметила как достоинства, так и те проблемы, перед которыми оказался современный когнитивизм.

Данная тема была продолжена ВТ. Федотовой, критически проанализировавшей когнитивные принципы в социально-гуманитарных науках.

Н.М. Смирнова сосредоточила внимание на проблеме познания и конструирования социальной реальности.

Вызвал много споров доклад Л.B. Максимова, где акцент был сделан на ценностных аспектах когнитивизма в гуманитарных науках.

В последний день работы конференции состоялось общая дискуссия и обсуждение затронутых вопросов, а также подведение итогов конференции и постановка задач, требующих дальнейшего исследования.

В заключительном слове В.А. Лекторский отметил, что достижение современного познания состоит в утверждении коммуникационного подхода и выявлении в этой связи фундаментальной важности факта производства и потребления знания для понимания самых разнообразных явлений. Это и «когнитивная теория» биологической эволюции, и когнитивная психология (как индивидуальная, так и социальная), и когнитивная наука в целом (включающая, наряду с психологией, определенные разделы лингвистики, логики, философии, математики).

Как отметил О.Е. Баксанский, развитие когнитивных наук идет сегодня в направлении все большего углубления в такие традиционно «внерациональные» области, как интуиция или креативность. Современный когнитивизм является мощным междисциплинарным направлением исследований, идеи и методы которого приобрели важнейшее значение в анализе структуры и развития познания. Принципы и идеи когнитивизма, сохраняя свой эвристический характер в методологии современной науки, имеют самостоятельную ценность, что нашло выражение в создании целого комплекса когнитивных дисциплин. Когнитивные концепции активно разрабатываются в рамках философии, психологии, антропологии, лингвистики, нейрофизиологии, синергетики.

Была отмечена необходимость регулярного проведения встреч специалистов из разных областей знания для совместного плодотворного обсуждения всего комплекса исследуемых проблем, требующих широкого междисциплинарного методологического инструментария.

О.Е. Баксанский

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *