О структуре архаичного коллективного представления

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...

На каждом коллективном представлении заметны следы различных эпох. Сегодня они изменяются очень быстро, зачастую подвергаясь кардинальному пересмотру за короткие промежутки времени. Характерна, к примеру, судьба слова «капитализм» в современном российском обществе, из отрицательного представления постепенно становящегося положительным. Многие представления входят в разговорный язык и исчезают с удивительной скоростью, вроде слова «ваучер», сегодня задвинутого на задворки социальной памяти. Но совершенно иная картина — в далекой архаике.

Движение времени было медленным, а поэтому очень трудно обнаружить на коллективных представлениях следы оставляемых им напластований. Их, однако, не может не быть. Каждый век оставлял свой отпечаток; только наш глаз еще недостаточно хорошо вооружен, чтобы эти отпечатки находить, когда речь идет о древнейших временах. Ведь человеческие мысли — это не каменные орудия, по качеству сколов на которых археологи относительно легко обнаруживают эпоху, когда они были изготовлены. Впрочем, они оперируют при этом промежутками времени в несколько тысячелетий; им редко удается установить эпоху найденного каменного орудия с точностью до двух или трех столетий.

Познание истории развития общественного сознания в древние века началось сравнительно в недавние времена, и его результаты в большинстве случаев еще очень приблизительны. Скажем, сегодня более или менее хорошо изучено состояние религиозных взглядов, мифологий, быта у народов, чей уклад очень архаичен. Но выявить динамику их становления во времени, установить, какие внешние влияния и в какую эпоху это сознание испытало, удается выяснить редко. И с огромным трудом, путем изучения фольклора, сопоставлений, а иной раз и рискованных допущений. У народов, создавших свою письменность, процесс самопознания и познания своего прошлого идет быстрее, чем у бесписьменных народов.

Говоря сегодня о динамике древних коллективных представлений, можно установить лишь некоторые общие начала для длительного исторического периода:

Во-первых, мифологическое и образное постепенно отступает перед реалистическим и абстрактным. Вот, к примеру излюбленная Достоевским мысль Христа, донесенная до нас Евангелием от Иоанна: «Истинно, истинно говорю вам: если пшеничное зерно, падши на землю, не умрет, то останется одно; а если умрет, принесет много плода» (Евангелие от Иоанна, XII, 24). Глубокая, диалектическая мысль выражена здесь в конкретной, образной форме, но ее смысл от этого лишь более выразителен! И подобная манера выражения общих идей типична для древности. Но пройдет какое-то времени, и она отойдет в прошлое.

Кстати, насыщенность образностью коллективных представлений облегчала расцвет многочисленных форм художественного творчества — от, главным образом, эпической поэзии до имевшей религиозный характер скульптуры. К тому же искусства переплетались между собой в обрядности, в празднествах. Очень часто произведения древних мастеров предназначались лишь для сиюминутного использования и быстро исчезали. Таковы создаваемые буддийскими монахами огромные изображения мандалы.

Во-вторых, магическую систему причинности постепенно вытесняет осознание логической связи между причиной и следствием; сначала в обществе появляется страх перед магией и ее порождением — колдовством, а затем разум освобождается от магических поверий, как от дикого предрассудка.

В-третьих, архаичные коллективные представления имеют тенденцию к внутреннему расщеплению, развиваясь от сложного к более простому.

Кроме того, на архаичных коллективных представлениях неизбежно заметны следы мышления и культуры выработавшего их этноса. Они всегда имеют этническую окраску, что облегчает их национально-этническую идентификацию. Наиболее отчетливо эта их особенность проявляется в том, что называется национально-этническим стилем, который обычно столь индивидуален, что обычно национально-этническое определение художественных творений в музыке, скульптуре, архитектуре, поэзии не вызывает осложнений.

И еще одно. Благодаря уже упоминавшейся «зернистости» коллективного представления характернейшей чертой древности стали частые превращения. Камень мог вдруг заговорить и стать человеком, а человек легко превратиться в рыбу. Да что человек, в одной арабской сказке такой метаморфозе подвергся целый город. Структура сознания, где образность и мифологичность органично и тесно переплетались, служила почвой, из которой вырастали картины сложнейших и насыщеннейших мифологических систем.

Пожалуй, именно здесь целесообразно отметить одну важную особенность складывающегося из совокупности коллективных представлений общественного сознания: оно автономно, независимо от индивидуального ума. Но индивидуальный ум, не замечая того, ему подвластен. Во времена архаики ум отдельного человека особенно зависим от общественных представлений, за тесную ограду которых способны вырваться лишь редкие, особенно смелые и могучие умы, да и то лишь в переломные моменты национальной истории.

Таков краткий абрис структуры архаичного коллективного представления.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *